просмотры: 742

И разбилась броня о мужество: бой у острова Диксон

Текст: Галина Чиханчина Фото: архив КККМ
С первых дней войны гитлеровское командование планировало нанести сокрушительный удар по Северному морскому пути. С этой целью 30 августа 1941 года шестая флотилия гитлеровских эскадренных миноносцев взяла курс от Кольского полуострова на юго-восток, к берегам Сибири.
Но достигнув широты о. Колгуев, флотилия повернула назад и направилась к Мурманску, где наши войска перешли в контрнаступление. Так закончился первый поход гитлеровцев к берегам Сибири.

С целью пресечения проникновения во внутренние воды страны, а именно в Карское море, советское командование 23 августа издало приказ об организации специального отряда. В его задачу входили охрана транспортов, разведка местопребывания противника, установка береговых батарей для обороны проливов Новой Земли, через которые пролегал путь к Сибири. В дальнейшем отряд был переименован в Северный отряд кораблей. Состоял он из судов, которые в мирное время были обычными транспортными, рыболовецкими пароходами, ледорезами. Сейчас же, в военное время, их вооружили пушками и пулеметами. Командование отрядом было возложено на Николая Петровича Аннина и Василия Ваптосовича Бабинцева. В начале сентября Северный отряд кораблей пришел на Диксон. Здесь были смонтированы и установлены три батареи.


В 1942 году командованием группы «Север» в Норвегии были разработаны два плана захвата Северного морского пути. Первый назывался «Вундерланд» («Страна чудес»), второй — «Дуплет» («Двойной удар»). Предусматривалось, что в операции «Вундерланд» примут участие тяжелые крейсеры «Адмирал Шеер» и «Лютцов». Им предстояло выйти на трассу Северного морского пути у берегов Сибири и двигаться по ней, уничтожая советские суда. Прикрывать их должны были эскадренные миноносцы, самолеты и семь подводных лодок. После этого рейда крейсеры планировалось возвратить на базу в Норвегию, пополнить боевое снаряжение и приступить к выполнению операции «Дуплет», в ходе которой блокировать реки Обь и Енисей и тем самым освободить Карское море от советского флота.


16 августа к выполнению операции «Вундерланд» в глубочайшей тайне приступил один крейсер «Адмирал Шеер», так как крейсер «Лютцов» в июне, участвуя в перехвате 17-го англо-американского конвоя, натолкнулся на рифы и вышел из строя. В Берлине получили из Токио сообщение о проходе группы советских судов через Берингов пролив на запад. «Адмирал Шеер» должен был встретить и уничтожить их в проливе Вилькицкого — самом узком месте Северного морского пути. Чтобы не обнаружить себя, крейсер не выходил на связь. 21 августа он подошел к проливу Вилькицкого и, заняв удобную позицию на предполагаемом пути следования советского каравана, начал ждать.


На крейсер неоднократно поступали сообщения о движении каравана. Однако ни один советский пароход так и не вышел под орудия крейсера. Дело в том, что гитлеровцы плохо знали условия плавания в Арктике, не ориентировались в местной обстановке, и пароходы, которые неделю назад вышли с Диксона на восток, они приняли за те, которых ожидали с востока. На самом деле суда не приближались, а уходили от них. Кроме того, ветром нанесло льды, которые начали сжимать судно, увлекая его на север. В единоборстве со льдами победил бронированный крейсер. Вырвавшись из ледового плена, он начал маневрировать. Так продолжалось до 25 августа. В этот день гитлеровцы при помощи мощных дальномеров обнаружили в районе острова Белуха одиночный корабль. Это был ледокольный пароход «А. Сибиряков». Он следовал к Северной Земле с зимовщиками и продовольствием. В Арктике этот пароход был известен: в 1932 году он первым в истории за одну навигацию прошел весь Северный морской путь, за что был удостоен ордена Красного Знамени. В годы войны на нем появились четыре небольшие пушки (калибра 45 и 76 мм).


«Адмирал Шеер» световыми сигналами запросил у сибиряковцев ледовую обстановку в районе пролива Вилькицкого. В свою очередь командир «А. Сибирякова» капитан Анатолий Алексеевич Качарава запросил прожектором: «Кто вы?» Тогда с крейсера из орудий главного калибра прозвучали три предупредительных выстрела. Стало ясно, что перед нашими моряками мощный вражеский корабль. «Сибиряков» открыл ответный огонь из своих пушчонок, одновременно направляясь к острову Белуха, чтобы скрыться за ним. Действия советских моряков были для немцев столь неожиданными, что в первое мгновение они растерялись. Но этого времени было достаточно, чтобы радист «А. Сибирякова» сообщил в Диксон о бое с врагом. И уже с Диксона неслось: «Всем, всем, всем. В Карском море появился фашистский рейдер. Ледокольный пароход «Александр Сибиряков» принял бой».


Фашистский пират методично расстреливал советское судно. Вспыхнул пожар, часть экипажа была убита или ранена, в пробоины хлынула вода. Но пароход не сдавался. Его пушки по-прежнему стреляли в ответ. Последняя радиограмма с Диксона, которую радист Шаршавин передал капитану Качараве, начиналась словами: «Родина не забудет ваш подвиг…» Окончание он не успел дочитать, так как был ранен осколками разорвавшегося рядом снаряда. Истекая кровью, капитан отдал приказ спустить шлюпки на воду, а пароход затопить. На судне было 120 человек. Многие погибли в первые минуты боя, уцелевшие спустили шлюпки. Одна из них перевернулась от взрыва снаряда, в ней все погибли, вторая пошла к острову. Приказ капитана затопить пароход выполнили старший механик Николай Григорьевич Бочурко и замполит Зелик Абрамович Элимелах. Они открыли кингстоны и затонули вместе с кораблем. В это время с немецкого крейсера спустили мотобот с автоматчиками, он помчался наперерез шлюпке и захватил моряков в плен. Кочегар Матвеев не хотел сдаваться, его тут же расстреляли. Удалось спастись только кочегару Павлу Ивановичу Вавилову. Обладая незаурядной физической силой и здоровьем, он вплавь добрался к пустой шлюпке, моряки из которой были пленены, и забрался в нее. Обломком доски он стал грести к земле, которая виднелась вдали. По пути ему удалось вытащить из воды мешок отрубей, спальный мешок, тюк с одеждой. На острове, питаясь отрубями, Вавилов прожил 34 дня. От него стало известно о том, как проходил бой «А. Сибирякова» с «Адмиралом Шеером».


Сообщив о рейдере и вступив с ним в неравный, смертельный для себя бой, сибиряковцы дали возможность всем транспортам надежно укрыться, а Диксону подготовиться к возможному нападению. Это понял и командир рейдера. Уже не таясь, «Адмирал Шеер» полным ходом двинулся к Диксону — центру западного участка Северного морского пути. Здесь находились штаб морских перевозок, метеослужба, пункт снабжения флота топливом. Начальником штаба морских перевозок был Ареф Иванович Минеев. Он приступил к организации обороны Диксона.


Подготовка осложнилась тем, что все три артиллерийские батареи, находящиеся здесь, были демонтированы для вывоза на Новую Землю, где очень активно действовали немецкие подводные лодки. Часть пушек была уже погружена в шлюпки, часть стояла на причале. За артиллерией 25 августа (в день гибели «А. Сибирякова») прибыл сторожевой корабль СКР-19 («Дежнев»). Командовал им опытный полярный капитан, в военное время получивший звание старшего лейтенанта, Александр Семенович Гидулянов. Общее руководство вывозом артиллерии осуществлял военком Северного отряда полковой комиссар Василий Ваптосович Бабинцев. В сложившейся обстановке стало понятно, что артиллерию нужно оставить на Диксоне. Бабинцев активно подключился к подготовке обороны. В поселке были два отряда народного ополчения, созданные несколько месяцев назад. Вооруженные винтовками, пулеметами, гранатами, имея небольшую пушку, они могли оказать краснофлотцам значительную помощь в случае высадки гитлеровского десанта. В тундре была развернута запасная радиостанция — на случай, если будет разбита основная, завезены продукты, поставлена палатка — полевой госпиталь. Ночью 27 августа в порт из Игарки пришел транспорт «Революционер» с грузом пиломатериалов, а из Архангельска — транспорт «Кара», груженый аммонитом для норильского комбината. Это было очень некстати, так как груз был взрывоопасным, и даже пуля, попавшая в него, могла принести много бед. «Кару» спрятали за высокий кордон причала.


«Адмирал Шеер» подошел к Диксону ранним утром 27 августа. Свой первый залп он выпустил по грузовому пароходу «Революционер», который был хорошо виден на фоне берега. На нем загорелись пиломатериалы. Команда парохода вступила в борьбу с огнем. В это время навстречу врагу, стреляя из пушек и пулеметов, ставя дымовую завесу, устремился «Дежнев». «Адмирал Шеер», решив, что с «Революционером» покончено, перенес огонь орудий на «Дежнева». Это был неравный бой. Легкие снаряды «Дежнева» не могли причинить линкору серьезных повреждений, в то время как сам «Дежнев» получил несколько крупных пробоин. Команда самоотверженно боролась за выживание корабля (тушила пожар, заделывала пробоины). Во время боя «Дежневым» командовал старший помощник капитана Кротов. Все время среди краснофлотцев находился комиссар Малюков. Раненый старпом принимает решение: ведя огонь по рейдеру, следовать на сближение с ним, находясь в готовности затопить свой корабль на фарватере, чтобы преградить врагу путь, не дать ему возможности высадить десант. Целью этого дерзкого маневра также было стремление отвлечь врага от главной ударной силы обороны — береговой батареи Николая Корнякова. Именно эта батарея из двух гаубиц калибра 152 мм была самой мощной на Диксоне. Она располагалась у причала. Едва немецкий рейдер оказался на месте, заранее рассчитанном артиллеристами, пушки открыли огонь. Удвоенная за счет рабочих порта орудийная прислуга, как конвейер, передавала снаряды, и они чуть ли не с пулеметной скоростью летели из раскаленных докрасна стволов.


На корме рейдера вспыхнул пожар. Гитлеровцы ударили из всех орудий по батарее, пытаясь подавить ее огонь, но тщетно. То ли нервное напряжение мешало фашистским артиллеристам нанести смертельный удар, то ли удачно выбранная позиция батареи, но снаряды крошили только камень. А вот артиллеристы Корнякова второй раз попали в корму крейсера, отчего там загорелся самолетный ангар. Прикрываясь дымовой завесой, «Адмирал Шеер» начал отход из зоны огня. Обойдя остров Диксон с запада, он снова обстрелял порт, нефтяной склад на острове Конус, где вспыхнул пожар, и радиостанцию на Новом Диксоне. Но тут батарея Корнякова снова накрыла его. Конечно, снаряды не могли причинить врагу серьезного вреда, но они заставляли его маневрировать, что снижало меткость огня. Наконец нервы пирата окончательно сдали, и он ушел в северо-западном направлении.


По Диксону в течение двух часов было выпущено до 100 снарядов крупного, 280-миллиметрового калибра и свыше 300 снарядов других, меньших калибров. В итоге боя врагу удалось повредить «Дежнева» (чтобы не затонуть, он выбросился на мель) и «Революционера». На «Дежневе» было семь убитых, 30 раненых. На батарее Корнякова — четверо раненых, на «Революционере» — один. Были сожжены два деревянных дома, выведена из строя электростанция одного из пунктов радиометеоцентра, баня и еще несколько мелких построек. Морской порт остался невредимым.


Провал операции «Вундерланд» заставил немцев отказаться от намеченной на сентябрь 1942 года операции «Дуплет». Гитлеровцы оставили намерение доставить из северной Норвегии в устье Енисея отборные диверсионные части, которые должны были на спецбаржах подняться вверх по реке, захватывая сибирские города, в том числе Красноярск, и перерезать Транссибирскую железнодорожную магистраль. После Сталинградской битвы немецкое командование решило не рисковать больше военными кораблями. Отказавшись от рейда военных кораблей в советские северные моря, гитлеровцы сделали ставку на подводные лодки. Закрепить свое положение на Северном морском пути, а тем более захватить его враг не смог. Перевозки грузов по нему продолжались.


Погибших краснофлотцев похоронили в братской могиле в поселке Диксон. Позднее на ней был воздвигнут памятник. Также установлен памятник на месте, где вела огонь батарея Николая Корнякова. Здесь в 1985 году по завещанию легендарного лейтенанта был захоронен его прах.

OOO "РЕНОМЕ" (С) 2005 - 2018
Наш адрес: 660077, г.Красноярск, пр.Молокова, 40
(391) 276‒02‒57 многоканальный
(391) 277‒06‒66
(391) 276‒03‒57

Разработка RILMARK®